Ограничение монополизма, Экономическая теория - Бутук А.И. Бібліотека українських підручників

2.2. Ограничение монополизма

Выше неоднократно отмечалось, что только в условиях конкуренции рыночные законы обеспечивают, хотя и не во всем, оптимизацию хозяйственной деятельности, ибо в противном случае производители и поставщики, пользуясь олигопольной властью, перестают адекватно реагировать на меняющийся совокупный спрос, неэффективно распределяют ресурсы по отраслям и регионам, а также сдерживают технический прогресс. Чтобы этого не допускать, государство должно ограничивать паразитические устремления олигархии. При этом отношение к естественным и к искусственным (неестественным) монополиям у государства должно быть различным.

Естественные монополии зачастую возникают в отраслях железнодорожного и городского транспорта, связи общего пользования, электро-, водо- и теплоснабжения населенных.пунктов, где технические, организационные и экономические условия делают нерациональным (экономически дорогим) параллельное функционирование множества конкурирующих фирм. Поэтому тут государство стремится не к созданию конкурентной среды, а к обузданию злоупотреблений со стороны естественных монополий. В данном деле оно использует два основных способа:

1) создание государственных структур по контролю за естественными монополиями (относящимися к негосударственному сектору) в вопросах соблюдения ими установленных стандартов на их продукцию и предотвращения завышения цен и тарифов [от араб. ta'rif — определение] на нее;

2) учреждение вместо частных фирм в указанных сферах соответствующих предприятий, принадлежащих центральным или местным органам государственной власти, т. е. создание государственных, или муниципальных, организаций данного профиля, так как коммерческие структуры больше склонны к злоупотреблению своим рыночным господством, чем государственные и коммунальные фирмы, для которых прибыль не является самоцелью.

Какой из двух способов лучше — зависит от конкретной ситуации. Но первый мягче второго с точки зрения ограничения негосударственного сектора. К сожалению, в ходе постсоветских реформ явно просматривалось пренебрежение обоими этими способами обуздания естественного монополизма. ,

Что касается тех отраслей, где объективно нет условий для возникновения естественных монополии, то для защиты конкуренции в них применяется антимонопольное законодательство. Родиной антимонопольного законодательства (под названием антитрестовского) стали США, где его формирование началось принятием в 1890 г. известного акта Шермана. Его разработка опиралась на некоторые прецеденты предшествующей судебной практики и на реальную экономическую и политическую обстановку в стране в тот период, характеризующуюся, в частности, массовыми общественными протестами против огромной власти монополистических трестов.

В настоящее время во всех развитых странах существует антимонопольное законодательство, хотя и под различными названиями:

закон о торговой практике — в Австралии;

закон о конкуренции — в Канаде;

закон о продвижении экономической конкуренции — в Финляндии; закон о контроле монополий и ограничительных действиях — в Дании; закон против ограничений конкуренции — в ФРГ; антимонопольный закон в Японии;

закон о конкуренции — во Франции, к которому "примыкает" закон о контроле монополий и олигополии и положении о ценах;

закон о контроле монополий и олигополии и защите свободной конкуренции — в Греции;

закон о слияниях, поглощениях и монополиях — в Ирландии; закон об экономической конкуренции — в Голландии; закон о конкуренции — в Швеции; федеральный закон о картелях — в Швейцарии;

закон о справедливой торговле и закон об ограничениях в торговле — в Великобритании;

королевский декрет о запрете соглашений по ценам, прибыли, государственным подношениям в Норвегии и т. д.

Хотя сами названия законов уже отражают отличие в акцентах, суть их одна — поддержка конкуренции и ограничение монополизации.

Поскольку антимонопольное законодательство в других странах формировалось по модели антитрестовских законов в США (хотя, как правило, в более либеральном варианте), рассмотрим более подробно целевые установки и историю антитрестовского законодательства.

По сути своей это законодательство направлено на защиту и сохранение как бы в "оптимальном режиме" механизма олигополии. В этом смысле характерно отношение к самой олигополии, заложенное в законодательстве. Если монополия или попытка установить монополию обычно признаются противозаконными, то олигополия сама по себе таковой не считается, хотя ее власть над рынком достаточно велика. Антитрестовские иски в отношении олигополистических фирм связываются, как правило, с обвинениями последних в сговоре. Выявить сговор не всегда возможно. Однако если обстоятельства позволяют считать, что между .компаниями существовал тайный сговор или были общие цели, замыслы и намерения для нового сговора, то суд вправе признать эти компании виновными в нарушении антитрестовского законодательства. Чтобы параллелизм действий отдельных фирм был признан тайным сговором, необходимо наличие дополнительных доказательств, таких, например, как невозможность или маловероятность (в связи со сложностью продукции или по другим причинам) достигнуть единства действий без предварительного сговора; осуществление действий в ущерб собственным интересам и т. д. В американской судебной практике не было ни одного случая преследования олигополистических фирм за нарушение антитрестовского закона, если отсутствовали доказательства тайного сговора между ними. Следовательно, первая и наиболее существенная черта антитрестовского законодательства — защита баланса конкурентных и монопольно-регулирующих сил в рамках олигополии.

Поэтому суть первого федерального антитрестовского закона США (акта Шермана) заключалась в том, что:

ограничения торговли вследствие контрактов, объединений или сговора, а так же монополизации или попытки монополизации признавались противозаконными и соответственно наказывались как преступления;

широкие полномочия предоставлялись государственным и служебным органам, проводящим антитрестовую политику;

заинтересованность в возбуждении антитрестовских дел поощрялась необходимостью возмещения ущерба, причиненного в результате нарушения антитрестовского закона.

В 1914 г. как дополнение к акту Шермана был принят акт Клейтона, направленный против отдельных видов монополистической практики. В нем, в частности, осуждались и запрещались:

ценовая дискриминация (практика тайных скидок с прейскурантных цен);

заключение связывающих контрактов, когда покупателю запрещалось заключать сделки с другими продавцами, т. е. ограничивалась конкуренция продавцов;

определенные корпоративные слияния, результатом которых могло быть значительное снижение конкуренции или тенденция к созданию монополии в любой области коммерции;

переплетающийся директорат конкурирующих компаний;

определенные сделки с транспортными компаниями.

В этом же 1914 г. был принят акт о Федеральной торговой комиссии, направленный против нечестных методов конкуренции. Из более поздних поправок и дополнений к антитрестовским законам необходимо указать:

Акт Робинсона — Патмана (1936 г.), расширивший и дополнивший акт Клейтона о ценовой дискриминации;

Акт Селлера — Кефовера (1950 г.), усиливший ограничения акта Клейтона, касающийся слияния компаний.

Размер штрафов и продолжительность тюремного заключения на протяжении действия антитрестовских законов несколько раз пересматривались в сторону повышения. Последнее такое изменение было в 1984 г. Применение подобных уголовных санкций на практике довольно ограничено, хотя и активизируется в последнее время. Так, с 1890 г. до середины 70-х годов XX века было вынесено всего лишь несколько десятков приговоров, предусматривающих тюремное заключение сроком от 4 часов до 2 лет. В последние же годы такие санкции применяются все чаще в связи с участившимся в последнее время особым видом ценового сговора — фиксированием ставок в торгах на получение государственных контрактов. В 80-е годы только по таким делам, связанным с контрактами на строительство дорог, было вынесено 127 приговоров с отбыванием срока в тюрьме, хотя средний срок тюремного заключения был относительно скромным — около 4,5 месяца.

Чаще используются штрафы. Однако действенность их недостаточна, так как сумма штрафа обычно составляет лишь незначительную часть прибылей, получаемых в результате фиксирования цен. В то же время получаемые государством штрафы значительно превосходят расходы на расследование таких дел. По упомянутым выше делам в виде штрафов государством было получено в общей сложности 47 млн дол.

Более широко по сравнению с уголовными используются гражданско-правовые санкции: аннулирование или изменение существующих соглашений с конкурентами, поставщиками или покупателями; принудительная ликвидация филиалов компаний или даже роспуск самих компаний; возмещение убытков в тройном размере частным лицам или по фактическому уровню государственным организациям и т. д. Нередко антитрестовские дела завершаются мирными соглашениями, которые являются компромиссом сторон в целях приведения деятельности компаний в соответствие с антитрестовским законодательством. Это часто связано как со сложностью ведения антитрестовских дел, так и со значительностью сопутствующих расходов. В конце XX — начале XXI вв. наиболее нашумевшим антимонопольным разбирательством в США стало дело компании "Майкрософт", контролируемой миллиардером Биллом Гейтсом.

В 1991 г. и в Украине началось становление антимонопольного законодательства. Данный процесс объективно необходим, поскольку без него невозможно вхождение в рынок, тем более при отечественном сверхмонополизме. В 1991 г. в СССР был принят закон об ограничении монополистической деятельности. В том же году аналогичный закон вошел в действие в Российской Федерации, а в 1992 г. — в Украине. Эти законодательные акты запрещают деятельность, направленную на ограничение конкуренции и сдерживающую удовлетворение интересов потребителей и других хозяйствующих субъектов.

Отечественным антимонопольным законодательством не допускается:

1) ограничение или снятие с производства и изъятие из обращения товаров в целях создания и поддержания товарного дефицита или искусственного повышения (понижения) цен;

2) навязывание контрагенту невыгодных условий договора, в том числе потребителю — принудительных условий продажи товаров;

3) заключение соглашений между конкурентами, в которых предусматривается:

а) установление цен и тарифов, скидок и надбавок к ним в целях ограничения конкуренции;

б) территориальный раздел рынков по продаже и закупкам, по объему и ассортименту продукции, по кругу покупателей и продавцов;

в) устранение с рынка или ограничение доступа на него других хозяйствующих субъектов;

4) сговор между неконкурирующими субъектами, один из которых занимает доминирующее положение на рынке, а другой является его поставщиком или потребителем, если соглашение между ними сужает конкуренцию;

5) препятствование со стороны органов власти созданию предприятий и расширению их хозяйственной деятельности, как и дискриминация каких-либо фирм;

6) централизация органами власти распределения товаров (к сожалению, это антимонопольное требование нарушается);

7) установление органами власти запретов на движение товаров между республиками и регионами. Это требование также почти повсеместно не соблюдается, демонстрируя правовой нигилизм власть предержащих на всех уровнях, не говоря уже об их экономической некомпетентности, позволяющей им вульгарно трактовать проблему защиты потребительского рынка.

Контроль за соблюдением антимонопольных требований призваны осуществлять, прежде всего, антимонопольные государственные комитеты. Они разрабатывают предложения о совершенствовании антимонопольного законодательства, осуществляют антимонопольные меры, в том числе взимают штрафы с нарушителей антимонопольных требований, а также формируют программы антимонопольных мероприятий. Но все это лишь потенциальные функции данных органов, которые крайне неудовлетворительно реализуются. По законодательству все субъекты хозяйствования и органы власти обязаны предоставлять им всю необходимую информацию, разумеется, при соблюдении коммерческой тайны. При этом данные органы обязаны следить за слияниями и другими преобразованиями фирм, так как эти реорганизации могут посягать на конкуренцию. Предприятия в свою очередь обязаны сообщать о подобных реорганизациях в антимонопольные комитеты, от которых по законодательству они должны получать предварительное согласие на слияния и поглощения, включая покупку паев и акций одним хозяйствующим субъектом у другого. Если такого согласия на реорганизацию фирма не получит в установленный срок или ей будет направлен необоснованный отказ в этом, она вправе подать в суд на антимонопольный орган.

Антимонопольные комитеты обязаны информировать общественность о своей деятельности, публикуя соответствующие бюллетени. Наряду с ними контроль за соблюдением антимонопольных требований вправе осуществлять и общественные организации, в частности общества защиты потребителей. Последние в случае обнаружения нарушений в этой области обращаются с соответствующими апелляциями или в суд, или в антимонопольный комитет.

Однако вплоть до начала XXI в. антимонопольные органы стран СНГ демонстрировали крайне неудовлетворительную деятельность, в результате чего установился усиленный поддержкой чиновничества ценовый диктат монополистов, поставляющих топливно-энергетические ресурсы, основные конструкционные материалы и предоставляющих услуги транспорта и связи общего пользования. Именно этот диктат стал одной из важнейших предпосылок подрыва платежеспособности хозяйствующих субъектов и населения, а соответственно всеобщего кризиса платежей, который парализовал экономику, создав искусственный кризис перепроизводства (превышение совокупного предложения над совокупным спросом). В значительной мере по этой причине в Украине ускоренно утверждается государственно-монополистический капитализм с господством финансовой олигархии, попирающей интересы большинства, в том числе в сфере распределения доходов.