ГОСУДАРСТВЕННАЯ СОБСТВЕННОСТЬ И ПРИВАТИЗАЦИЯ, СФЕРЫ И ФОРМЫ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СОБСТВЕННОСТИ, Формы государственной собственности и участия людей в совладении ею, Экономическая теория - Бутук А.И. Бібліотека українських підручників

Глава 21. ГОСУДАРСТВЕННАЯ СОБСТВЕННОСТЬ И ПРИВАТИЗАЦИЯ

В предыдущей главе мы рассмотрели отношения совладельцев в рамках различных хозяйственных обществ. Но в пределах каждой страны существует еще и общенациональная ассоциация сособственников, представленных ее гражданами. Они совладеют имуществом, находящимся в распоряжении государства на всех уровнях власти. Правда, государство как машина подавления (как оружие в руках господствующего класса) социально дифференцирует отношения к государственной собственности применительно к гражданам, имеющим разный классовый статус. По крайней мере, доступ к имуществу, которым распоряжается государство, у разных граждан обычно неодинаков в той или иной степени.

Как известно, частная собственность породила имущественное расслоение и общественные классы; а классы, племена и нации востребовали государство в качестве орудия реализации их интересов. В свою очередь государство для выполнения его функций потребовало государственной собственности. Таким образом, государственная собственность исторически вытекает из частной. Следовательно, первоначально, с этой точки зрения, частная собственность является причиной государственной .

Мы охарактеризуем единство и борьбу частного и государственного присвоения-отчуждения, а также отношения совладения государственным имуществом и варианты его приватизации.

§ 1. СФЕРЫ И ФОРМЫ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СОБСТВЕННОСТИ

На разных исторических этапах и у различных народов государственная собственность существует с момента разложения первобытного строя. Однако она может проявляться в различных формах и распространяться на разные сферы.

1.1. Формы государственной собственности и участия людей в совладении ею

Конкретные характеристики государственной собственности в каждой стране и на каждой ступени истории во многом своеобразны. Тем не менее, если оставить в стороне различие между государственной и коммунальной (муниципальной) собственностью, то теоретически можно выделить 4 основные формы государственного присвоения-отчуждения с позиций фиксации олицетворения полномочий реального распоряжения госимуществом за определенным субъектом или иерархией субъектов, с одной стороны, и возможности членов общества быть причастными к контролю за распоряжением его объектами — с другой. Вкратце рассмотрим эти формы.

1. Государственно-монархическая собственность. Она существовала и существует во всех странах, где реально сохраняется режим самодержавия или, как минимум, какие-либо ритуальные [от лат. ritualis — обрядовый] атрибуты династического [от греч. dynasteia — господство] правления государством (в конституционных монархиях). Во всех этих случаях часть госсобственности необходима только для удовлетворения потребностей семейств монарших особ и для исполнения ими традиционных процедур государственно-династической жизни. Если монарх обладает реальной властью, то он полномочен распоряжаться так или иначе всей госсобственностью, в том числе и той, которая не связана с династическими церемониями. Когда же монархия носит абсолютный характер, тогда самодержец отождествляет себя с государством, а госсобственность — с собственностью его величества. Между прочим, иногда нединастические диктатуры дают в руки высших лиц государства права почти безраздельной власти распоряжаться госсобственностью, хотя это и не освящено престолонаследием.

В какой бы ипостаси ни выступала государственно-монархическая собственность и какими бы ни были ее масштабы, она фиксирует прерогативы [от лат. praerogativus — первым подающий голос] династического распоряжения госимуществом, которое поэтому отчуждается от общества. Следовательно, подданные их величеств не имеют отношении совладения по поводу соответствующих объектов. Они являются их опосредованными совладельцами только через свое подданство, притом лишь в случаях влияния на выбор династии в относительно редкие моменты истории. Разумеется, что совладение государственно-монархической собственностью со стороны дворянства и, в особенности, придворных более непосредственно. Эта форма госсобственности представляет собой рудимент [от лат. rudimentum — зачаток, первооснова] добуржуазных отношений, ублажающих пристрастия людей к традициям и не имеющих сегодня существенного значения.

2. Государственно-олигархическая собственность. Она имеет место тогда, когда вне зависимости от экономического строя и политического режима реальное распоряжение госимуществом находится у господствующих в народном хозяйстве структур (олиго- и монополий, олиго- и монопсоний, финансовых групп), которые устанавливают диктат денег и через них приводят к власти тех, кто послушно исполняет их волю. Таким образом, финансовые олигархии посредством заангажированных политиков навязывают государству свои экономические интересы в качестве "национальных", в том числе и в вопросах применения госсобственности. Последняя, вследствие этого, отчуждается от общества и граждан, служа корысти узкого круга лиц, контролирующих финансовые группы и через них госимущество. Все это может прикрываться демократической фразеологией и процедурами. Базируется государственно-олигархическая собственность на подавлении конкуренции и установлении значительной рыночной власти немногих.

3. Государственно-бюрократическая собственность. Она возникает там, где чиновничество независимое от народа и исполняет не волю большинства и даже не волю господствующего класса, а волю ведомственной и региональной бюрократии. Последняя отождествляет свой канцелярский и коррупционный интерес с интересами общества. Она зиждется на отчуждении общества от контроля за госаппаратом, номенклатура которого задействует госимущество в условиях засилья казенщины, попирающей буквой инструкций жизненные потребности человека. Догматизм и схоластика — питательная среда, выращивающая адептов государственно-бюрократической собственности. Поэтому казенщина насаждает их, поддерживая свои устои вместе с казнокрадством, взяточничеством, волокитой и чиновной "опекой" за личностью.

4. Государственно-демократическая собственность. Она мыслима для реального народовластия, когда не просто существует разделение законодательной, судебной и исполнительной власти, не просто реализуется представительство интересов общества и диктатура закона через эти ветви власти, но также осуществляется контроль за распоряжением объектами госимущества снизу.

Такой контроль снизу возможен при наличии трех обстоятельств.

Во-первых, за счет беспрепятственного доступа свободных средств массовой информации к финансовым и другим документам (не связанным с государственной тайной), которые обеспечивают так называемую власть общественного мнения по вопросам использования госсобственности.

Во-вторых, посредством создания представительных (выборных) органов народного контроля, обладающих полномочиями надзора за сохранностью госимущества через проверки всех документов и инвентаризацию его объектов.

В-третьих, путем учреждения полномочного института советов трудовых коллективов (СТК) во всех организациях и на всех предприятиях госсектора.

СТК способны реализовать функцию контроля снизу при условии закрепления их прерогатив в специальном законе, дающем им права, если не избрания, то утверждения назначения директоров соответствующих предприятий и организаций, а также вынесения заключений о годовых отчетах с возможностью выражения вотума недоверия руководству.

Таким образом, государственно-демократическая собственность предполагает, помимо законодательно-представительной, судебной и исполнительной ветвей власти, также власть общественного мнения, власть народного контроля и власть советов трудовых коллективов предприятий и организаций госсектора. По крайней мере, только контроль снизу через эти механизмы способен превратить граждан в полномочных совладельцев госимущества.

Характеристика названных форм госсобственности необходима для того, чтобы не возникало как огульного восхваления государственного присвоения-отчуждения, так и огульного отрицания государственной собственности. Из перечисленных четырех форм госсобственности три первые были в прошлом и есть ныне, причем в разных странах может наблюдаться одна из них или некий их симбиоз. В странах с республиканским правлением чаще всего синтезируются государственно-олигархические и государственно-бюрократические свойства этатизма [от франц. etаt — государство] в отношениях собственности.

Что же касается государственно-демократической формы, то она в сколько-нибудь выраженном виде пока не существует нигде. В какой-то мере можно сказать, что она была характерна для периода разложения первобытного строя и становления государства, т. е. для периода так называемой военной демократии, но, разумеется, в неразвитой институциональности. В результате диалектического закона отрицания отрицания государственно-демократическая собственность, возможно, утвердится в эпоху отмирания государства как машины подавления. Оптимисты полагают, что социальный прогресс движется в данном направлении. Однако мы тут рассматриваем не будущее, а прошлое и настоящее госсобственности.